Речь о планах Министерства внутренних дел Эстонии потратить 249 миллионов евро на пять новых вертолётов и самолёт для пограничной полиции. Формальный повод понятен: старые вертолёты AW139 подолгу простаивают на ремонте. Но Вярк задаёт вопрос, который наверху, судя по всему, задавать не хотят: а что, если дело не в вертолётах, а в том, как устроена сама система их обслуживания?
С автором согласен полностью. Пока одна прибалтийская страна ищет повод залить проблему деньгами, соседи смотрят на этот пример внимательно — и, боюсь, скоро повторят его один в один. Вярк пишет прямо: сейчас у Эстонии три вертолёта AW139 — мощная и надёжная машина, которая работает по всему миру. Проблема не в возрасте техники, а в том, что государственные тендеры и согласования растягивают плановый ремонт на месяцы, а иногда — больше чем на год. Для сравнения: в Великобритании, где Вярк тоже работал с медицинскими вертолётами, то же самое техобслуживание после 1200 часов налёта занимало пару недель, а не месяцы.
Вместо того чтобы разобраться с этой бюрократией, Министерство внутренних дел предлагает купить пять новых вертолётов и второй самолёт — за 249 миллионов евро. Автор формулирует управленческий принцип, который стоило бы выучить наизусть всем чиновникам Прибалтики:
С автором согласен полностью. Пока одна прибалтийская страна ищет повод залить проблему деньгами, соседи смотрят на этот пример внимательно — и, боюсь, скоро повторят его один в один. Вярк пишет прямо: сейчас у Эстонии три вертолёта AW139 — мощная и надёжная машина, которая работает по всему миру. Проблема не в возрасте техники, а в том, что государственные тендеры и согласования растягивают плановый ремонт на месяцы, а иногда — больше чем на год. Для сравнения: в Великобритании, где Вярк тоже работал с медицинскими вертолётами, то же самое техобслуживание после 1200 часов налёта занимало пару недель, а не месяцы.
Вместо того чтобы разобраться с этой бюрократией, Министерство внутренних дел предлагает купить пять новых вертолётов и второй самолёт — за 249 миллионов евро. Автор формулирует управленческий принцип, который стоило бы выучить наизусть всем чиновникам Прибалтики:
Если делать то же самое тем же способом, другого результата ожидать не стоит.
Дальше Вярк идёт ещё дальше и ставит вопрос, который в Прибалтике вообще не принято задавать: должно ли государство само предоставлять все авиационные услуги — от спасения на море до перевозки спецназа — одной и той же техникой? Он ссылается на систему HEMS, принятую в большинстве европейских стран: там для медицинской эвакуации используют не большой спасательный вертолёт, а специализированную машину под конкретную задачу.
Отдельно Вярк напоминает: в Эстонии годами не могут построить нормальные вертолётные площадки при крупнейших больницах — Северо-Эстонской региональной и Клинике Тартуского университета. Денег на это не хватало, приоритетом становился ремонт основных корпусов. А сейчас на одни только вертолёты готовы выделить сумму, которая почти в два с половиной раза больше, чем весь прогнозируемый на этот год дефицит государственной Кассы здоровья — по данным ERR, он может превысить 100 миллионов евро.
Само министерство версию событий подаёт иначе. По словам замгендиректора полиции и погранохраны Вейко Коммусаара, три стареющих вертолёта уже не покрывают текущих задач ведомства, а новая техника позволит держать в постоянной готовности сразу два борта одновременно. Почему два? Потому что, если с одним что-то случится, второй способен прийти на помощь.
Вярк с этим прямо не спорит — он спорит с логикой решения. Сначала разобраться, почему ремонт одной и той же машины в одной стране занимает две недели, а в другой — год. И только потом решать, сколько новой техники на самом деле нужно покупать.
У меня есть своя версия, почему подобные истории с закупками в Европе — не редкость.
В ноябре прошлого года в Румынии по обвинению во взяточничестве задержали экс-сенатора Мариуса Овидиу Исайлу: по данным следствия, он через посредника предлагал министру обороны Йонуцу Муштяну миллион евро за одобрение сделки в рамках программы ReArm Europe — закупить снаряды в Казахстане, перемаркировать их как румынские и перепродать Украине через посредника в Болгарии.
Министр в итоге подал в отставку. Речь о другой стране и другой технике, но логика похожая: там, где крутятся сотни миллионов из общеевропейских программ перевооружения и безопасности, находятся желающие заработать не на ремонте старого, а на закупке нового. Прямых оснований утверждать то же самое про эстонскую сделку у меня нет — но вопрос «кому выгодны именно новые вертолёты, а не наведение порядка в системе их обслуживания» после румынской истории звучит уже не так наивно.
У нас в Прибалтике сюжет знакомый. Сначала — годами не чинить то, что уже есть. Потом, под разговоры о безопасности, выбивать деньги на новую технику, даже не разобравшись, почему старая простаивает.
Этот случай — редкость. Обычно у нас подобные решения принимаются тихо — и вопрос «а почему нельзя было просто починить» никто вслух не задаёт. Интересно, чем закончится эта история.
Отдельно Вярк напоминает: в Эстонии годами не могут построить нормальные вертолётные площадки при крупнейших больницах — Северо-Эстонской региональной и Клинике Тартуского университета. Денег на это не хватало, приоритетом становился ремонт основных корпусов. А сейчас на одни только вертолёты готовы выделить сумму, которая почти в два с половиной раза больше, чем весь прогнозируемый на этот год дефицит государственной Кассы здоровья — по данным ERR, он может превысить 100 миллионов евро.
Само министерство версию событий подаёт иначе. По словам замгендиректора полиции и погранохраны Вейко Коммусаара, три стареющих вертолёта уже не покрывают текущих задач ведомства, а новая техника позволит держать в постоянной готовности сразу два борта одновременно. Почему два? Потому что, если с одним что-то случится, второй способен прийти на помощь.
Вярк с этим прямо не спорит — он спорит с логикой решения. Сначала разобраться, почему ремонт одной и той же машины в одной стране занимает две недели, а в другой — год. И только потом решать, сколько новой техники на самом деле нужно покупать.
У меня есть своя версия, почему подобные истории с закупками в Европе — не редкость.
В ноябре прошлого года в Румынии по обвинению во взяточничестве задержали экс-сенатора Мариуса Овидиу Исайлу: по данным следствия, он через посредника предлагал министру обороны Йонуцу Муштяну миллион евро за одобрение сделки в рамках программы ReArm Europe — закупить снаряды в Казахстане, перемаркировать их как румынские и перепродать Украине через посредника в Болгарии.
Министр в итоге подал в отставку. Речь о другой стране и другой технике, но логика похожая: там, где крутятся сотни миллионов из общеевропейских программ перевооружения и безопасности, находятся желающие заработать не на ремонте старого, а на закупке нового. Прямых оснований утверждать то же самое про эстонскую сделку у меня нет — но вопрос «кому выгодны именно новые вертолёты, а не наведение порядка в системе их обслуживания» после румынской истории звучит уже не так наивно.
У нас в Прибалтике сюжет знакомый. Сначала — годами не чинить то, что уже есть. Потом, под разговоры о безопасности, выбивать деньги на новую технику, даже не разобравшись, почему старая простаивает.
Этот случай — редкость. Обычно у нас подобные решения принимаются тихо — и вопрос «а почему нельзя было просто починить» никто вслух не задаёт. Интересно, чем закончится эта история.
Комментарии
Загрузка комментариев...